Этого маленького «монаха» зовут Monday, ему год и два месяца-он живет в Храме Сицань провинции Фуцзянь

Эти маленькие сосредоточенные люди, конечно, дети из нормальных семей. Буддизм -  религия, которую они исповедуют, говорит, что человек должен стать монахом дважды – в детстве и потом – в зрелом возрасте. 
И если во второй половине жизни уходить в монастырь не обязательно, то в детстве – очень желательно.
Летом дети идут в монастырь: опять-таки, не все. В Южной Корее за такое даже борются – всего десять ребятишек могут попасть в ранг монахов сеульского монастыря Jogye на две недели в честь Дня Рождения Будды. Жизнь в монастырях у детей насыщенная – те, кто постарше заняты уборкой, мытьем посудой, посильной помощью старшим – ведь вовлечение в трудовой процесс буддизм считает важным аспектом жизни. Монастыри выполняют свою свою миссию – участвуют в воспитании своих маленьких буддистов

Нам удалось побеседовать с Ламой Карма Озер, старшим монахом монастыря Ка-Ньинг Шедруб Линг, расположенного в Непале, неподалеку от знаменитой ступы Боднатх.
Ка-Ньинг Шедруб Линг – или, как его здесь называют, «Белый монастырь» – один из самых образцовых тибетских монастырей.
Возглавляет его известный во всем мире учитель тибетского буддизма Чокьи Нима Ринпоче.
– Почему родители отправляют детей в монастырь?
– Буддизм живет в Непале уже несколько тысяч лет. Его последователи уверены: становясь монахом, человек приносит огромную пользу себе, своей семье и стране. Так что если хотя бы один из детей в семье способен быть монахом, родители счастливы.
– А сами дети охотно оставляют свой дом?
– Некоторые дети сами очень хотят стать монахами, настаивают на этом, даже если семья отправляет их в школу. А некоторые, проведя здесь какое-то время, уходят, и это нормально. Быть монахом – путь не для всех.
– Вы принимаете всех детей?
– К сожалению, наши возможности пока не позволяют взять всех желающих – к нам ведь едут со всех Гималаев. Сейчас у нас обучается более ста двадцати монахов в возрасте от 7 до 15 лет.
– Легко ли дети привыкают к новой жизни?
– Первое время многие очень скучают по дому, плачут. Мы стараемся создать такую атмосферу, чтобы они почувствовали себя здесь дома. Обычно им требуется недели две, чтобы привыкнуть, а потом они втягиваются: новые друзья, учеба... Скучать становится некогда. Через несколько месяцев, когда предлагаем им поехать домой на каникулы, многие говорят: «Я хочу остаться в монастыре, у меня здесь друзья, мне интересно с ними играть!»
– Во что они играют? В монастыре есть игрушки?
– Игрушек как таковых нет. А играют они в те же игры, что дети играли всегда – бегают, бросают мяч. Мы не думаем, что им нужно что-то еще: они много двигаются, общаются друг с другом. В результате вырастают здоровыми и открытыми людьми. Это лучше, чем часами играть в компьютерные игры.
– Вы считаете, что компьютерные игры – это вредно?
– Думаю, что в большом количестве – да. Я видел детей, которые только и делают, что сидят в комнате и играют. Они не общаются друг с другом, и в результате чувствуют себя обособленными. Им трудно делиться с другими, проявлять тепло в общении. К тому же, многие компьютерные игры основаны на агрессии – драках, войнах. Впечатление от таких игр откладывается в уме, а потом проявляется в виде тревог, страхов, нервозности. Это может сказаться даже во взрослом возрасте: когда у человека нет гармонии с миром, его жизнь пронизана чувством одиночества и незащищенности.
– А кино дети в монастыре смотрят?
– По выходным, если захотят. Мы выбираем для них познавательные фильмы, в основном – географические. А самые маленькие любят индийские мультфильмы.
– Что вы делаете, если дети не слушаются?
– Если, например, ребенок выходит за территорию монастыря, учителя ему объясняют, что это опасно, и что и мы, и семья за него беспокоимся. Как правило, первого предупреждения хватает. В самом крайнем случае вызываем родителей. Иногда отправляем ребенка на полдня посидеть одному в комнате, подумать. При этом главное, чтобы ребенок чувствовал любовь учителя, даже когда тот сердится